baykinemoto wrote in taynoe_soo

Categories:

ПЯТЬДЕСЯТ ШЕСТЬ ПАР

Пятьдесят шесть пар моих обычных шагов - это сто метров с точностью плюс-минус метр. Это с маршрутов, и особенно с опробования металлометрического.

Профиль идёт шириной один метр, прорубленный в чащобе нашими топографами - редкими алкобогатырями с невероятной эффективностью рубки мелких деревьев и кустарника.

У них были жуткие самопальные мачете. Ими они за широкий мах убирали всё что росло на полметра слева и полметра справа.

Этим мужикам в другое время и Будённый порадовался бы и Дмитрий Донской. Такой извечный типаж - все бывшие зэка - две недели бьются, неделю с зарплаты пьют, неделю выздоравливают.

Иногда по-свойски друг друга режут, но нечасто. Порезанные потом возвращаются в строй - по сути идти им больше некуда было.

Один-два-три-... -двадцать шесть- двадцать семь - двадцать восемь. Стоп, пятьдесят метров. Кайлой в землю хрясь, и с глубины тридцать сантиметров на утином клюве инструмента приходит комок грунта весом 120-150 граммов.

Рассматриваем, кладём в шламовый мешочек, толкаем сверху бирку с номером, бросаем на профиль и в путь.

В голове снова "один-два-три-четыре..." щёлкает, мы же параллельно ходу ставим пометки в полевом журнале и описываем пробу. Подберём мешочек на обратном пути.

Мы ведь тоже жутко эффективные и от рассвета до заката делаем четыре нормы каждый. Причём без рабочего. Водиночку.

Сдельная оплата на опробовании была и зарплата у меня порой превышала зэпэ начальника экспедиции. Он часто сетовал. А мы говорили, мол давайте с нами, кайлу найдём.

Профили пробиты не глядя на "географию" с запада на восток, магистрали с севера на юг. А посему переть нам в сопку вверх и сыпаться в падь раза два или три за маршрут. Тут вам, друзья, и фитнес, и качалка с айронмэном сразу. Сухие были все как борзые собаки.

Потом пробы эти перемелятся в дробилке и моя Виточка на своём масс-спектрографе их сожжёт и получит спектрограмму, на которой будут видны пики основных химических элементов и появится информация о примерном их содержании в грунте.

Следом все эти цифирки лягут на карту и мы - геологи - приблизительно узнаем где максимумы распространения того или иного металла.

Далее мы будем много думать, ещё много ходить, искать разрезы, выходы коренных пород и стучать молотками, проводить электро- и магнитную разведку и кое-где бурить разведочные скважины.

И, возможно, через пару лет, мы, или кто-то другой скажет, что здесь руда.

Это всё очень примерно и примитивно о геологической съёмке и первичных поисках.

Нам повезло в юные совершенно годы заниматься абсолютно реальным и осмысленным делом. Это было круто.

Я не скучаю, у меня и сейчас всё интересно, но, конечно, рад, что эта тема случилась в жизни.
Привет всем выпускникам Ленинградского Горного института и всем вообще причастным к советской геологии.

Error

Anonymous comments are disabled in this journal

default userpic

Your reply will be screened

Your IP address will be recorded